Все события

Максим Иришкин, Красцветмет: «Работа со стартапами — рыночный императив»

Как развиваются новые технологии в отрасли, которая считается закрытой для малых компаний? Какие направления исследований являются самыми перспективными? И что делают из платины, кроме украшений? Об этом Rusbase поговорил с руководителем инновационных проектов Красцветмета Максимом Иришкиным.
В этом году Красцветмет, один из крупнейших в мире производителей драгоценных металлов и изделий из них, во второй раз стала партнером трека Mining&Metals в акселераторе GenerationS. В рамках трека отбираются стартапы, которые развивают проекты в сфере металлургии, применения цветных металлов в разных отраслях. 


Максим Иришкин
Руководитель инновационных проектов Красцветмета


— Почему Красцветмет участвует в акселераторе GenerationS? Что это дает компании?

— Для нас стратегической целью является выпуск новых продуктов. Так как наши компетенции связаны с применением драгоценных металлов, мы ищем новые технологии в этой сфере, в первую очередь — технологии промышленного применения драгоценных металлов. Мы компания зрелая и имеем большой опыт работы. Внутри нее нам достаточно сложно, в силу специализации людей, найти новые идеи и бизнес-проекты. В связи с этим мы активно ищем такие проекты вовне. GenerationS для нас — некий инструмент для поиска проектов. 

В GenerationS мы участвуем второй год. В прошлом году мы были индустриальным партнером трека Mining&Metals наряду с компанией «АЛРОСА». Собственно, трек во многом создавался исходя из наших потребностей. В этом году мы участвуем уже как инвестиционный партнер. Помимо этого, у нас есть своя программа развития стартапов. В прошлом году мы ее проводили параллельно и вели отбор проектов. В целом мы используем достаточно широкий набор инструментов для поиска и отбора проектов, в том числе нашу коллаборацию с различными университетами и другими организациями вроде новосибирского Академпарка. 

— Металлургия считается закрытой отраслью, попасть в которую стартапам и независимым разработчикам трудно. Так ли это на самом деле?

— Я бы сказал, что мы вполне открыты для внешнего взаимодействия. И по отзывам наших партнеров можно судить, что они полностью разделяют это мнение. Нам очень важен поиск внешних технологий. Для нас стратегическим выбором является работа по модели открытых инноваций. В частности, сейчас у нас есть порядка семи проектов с малыми предприятиями. Мы также взаимодействуем с большими компаниями. Кроме того, мы предлагаем свои технологии и компетенции во внешний мир. Сейчас мы активно выходим на рынки Китая и Индии и предлагаем свои компетенции там. 

— Какие технологии и направления исследований интересны отрасли цветной металлургии в целом и компании Красцветмет в частности?

— Направления, которые нам интересны, — это металлорганические соединения, моделирование физико-химических процессов, порошковая металлургия, физические и химические способы получения покрытий, гомогенные и гетерогенные катализаторы. Вот компетенции, которые мы сейчас стараемся развивать. 

— А где это можно применять на практике?

— Спектр применения достаточно широкий. Металлорганические соединения применяются, например, в медицине. Мы производим субстанции — соли на основе платины, которые являются основным компонентом фармпрепаратов для противораковой терапии. Это может быть химическая и другие отрасли промышленности. 



Максим Иришкин на Bootcamp трека Mining&Metals — очном отборе перспективных проектов на акселерацию.

— Вы уже сказали, что активно ищете технологии на стороне. Допустим, есть стартап с готовым проектом для вас. Насколько реально ему выйти на контакт с руководством компании и предложить этот проект?

— На самом деле у нас уже есть отлаженный процесс работы с внешними заявителями. Этот процесс включает в себя двухстадийную оценку проекта. Сначала стартап подает нам проект. Мы оцениваем его на предмет целесообразности работы с ним. Ведь нужно понимать, что к нам поступает достаточно большое количество проектов, и не все из них соответствуют нашим тематикам. И если после первого уровня оценки мы понимаем, что готовы потратить на этот проект больше времени и ресурсов, мы анализируем его уже более подробно на предмет дальнейшей работы. 

Как проходит процедура подачи проекта? Человек может просто написать письмо на электронную почту, в частности — мне. Либо он может подать проект на сайте start.rndpark.com. Это лендинг, который был запущен для программы развития стартапов. Он сохраняет проекты в нашей внутренней базе данных, и мы отсматриваем и анализируем их. И, разумеется мы изучаем все проекты, которые поступают к нам после конкурсов, в том числе GenerationS, нашей программы развития стартапов и других. 

— А были ли уже такие стартапы с суперполезными проектами, которые вы внедрили и потом сказали себе: «Да, мы не зря потратили время»?

— Смотрите, у нас есть два направления внедрения технологий. Это вещи, связанные с оптимизацией текущего производства, и вещи, связанные с новыми бизнесами. Часто одно перетекает в другое, то есть мы делаем что-то для себя, а потом понимаем: что-то можно коммерциализировать вовне. 

С тремя стартапами, участвовавшими в GenerationS 2016, компания поддерживает отношения до сих пор, два из них стали резидентами R&D Park. По словам Максима Иришкина, некоторые проекты также получили комментарии Красцветмета, и теперь компания ждет их доработок, чтобы вернуться к совместной деятельности при появлении взаимовыгодных бизнес-моделей.

В пример можно привести проект, связанный с оптимизацией процесса хлорирования. Процесс жидкофазного хлорирования — это одна из стадий аффинажа драгоценных металлов. На этой стадии в раствор материала вводится хлор и соляная кислота. Неблагородные элементы взаимодействуют с хлором быстрее, вследствие чего восстанавливаются из раствора и образуют осадок. Этот процесс происходит в реакторе. У нас в 2014 году проводился технологический аудит, и появилась задача по оптимизации работы реактора хлорирования. Мы сначала взялись за эту задачу самостоятельно. В 2015 году мы создали модель реактора для исследования процессов гидродинамики. Тогда мы в общем-то поняли, что наших компетенций недостаточно и мы хотим посмотреть на проект более широко. 

И где-то весной 2016 года мы нашли компанию, — это был практически стартап — готовую заняться такой работой. Мы инициировали проект по разработке новой компоновочной схемы реактора. И это была не просто оптимизация самого реактора, но и всей его компоновки, включая процессы нагрева, охлаждения и другие. Осенью 2016 года мы заключили договор на услуги проектирования реактора. Цель была — снижение длительности техпроцессов и увеличение в полтора раза срока эксплуатации перемешивающего устройства. В 2017 – начале 2018 года мы совместно со стартапом изготавливали оборудование в железе, проходили строительно-монтажные работы, опытно-промышленные испытания. И уже в этом году мы надеемся на промышленное внедрение. 

— А откуда этот стартап родом?

— Это красноярская компания. 

— А те стартапы, с которыми вы вообще взаимодействуете, — среди них все-таки больше местных, красноярских, или география шире?

— На самом деле география достаточно широкая. У нас есть несколько проектов из Москвы. Есть даже проекты из-за рубежа, один проект южноафриканской компании, один — с итальянской. В целом мы довольно широко смотрим. Тот пример, что я привел, это только один из наших проектов. В реальности мы стараемся находить темы междисциплинарные. У нас есть два проекта, которые к нам пришли вообще из других областей. Они разрабатывали свои технологии в отраслях, которые с нами никак не связаны. Но оказалось, что их компетенции применимы у нас. А для этих проектов работа с нами была возможностью развития нового направления бизнеса. 

— Расскажите об R&D-парке, действующем при Красцветмете. Был ли он создан для поддержки стартапов или вы сначала работали со стартапами, а потом появилась идея такого исследовательского подразделения?

— На самом деле это процессы, которые велись параллельно. У нас и до создания R&D-парка были проекты со стартапами. R&D-парк появился в марте 2016 года. Он представляет из себя лабораторные помещения площадью порядка 13 тысяч квадратных метров. В них находится большое количество оборудования, в том числе специализированного для гидро- и пирометаллургии, металлообработки, а также большое количество аналитического оборудования. Основным преимуществом R&D-парка является то, что он расположен в производственной зоне, где у нас возможно обращение с драгоценными металлами. Соответственно, резиденты могут прийти и поработать с ними, не покупая их. Есть возможность взять в пользование драгоценный металл с аффинажного производства, и потом все отходы утилизируются также на аффинажном производстве. Это существенно экономит бюджеты стартапов. 

В R&D-парке располагается наш научно-технологический центр, где внедряются проекты с нашими резидентами. В прошлом году мы получили членство в российской Ассоциации кластеров и технопарков и международной ассоциации научных парков IASP. И мы достаточно активно работаем с научно-исследовательскими организациями, университетами. Так, у нас в R&D-парке есть совместная лаборатория с одним из научно-исследовательских институтов новосибирского Академгородка.



Источник: RusBase
Комментарии
Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии.